Здравствуй, Варенька!

Филя пристроился у теплушки и разулся. Стащил сапог и задумчиво уставился на портянку. Подозрительный пар начал клубиться, начиная от пятки, и вскоре заполнил весь сарайчик. Снятый сапог медленно согнулся от неожиданного тепла и прислонился к бочке, раскалившейся от углей.
- Пришёл козёл в гости, козёл,- хмуро приветствовал Филю Захарыч. - Шалом тебе, козёл.
Спутник Захарыча закашлялся, едва войдя в сарай. И сам Захарыч сидел, морщась и махая руками, пытаясь раздобыть себе глоток чистого воздуха.

- В армию иди, козёл,- начал Захарыч свою старую песню.
Но его спутник не дал ему договорить. Маймул, так его звали, почесал нос, как он всегда делал в минуты чрезвычайной задумчивости, и сказал:
- Зхарычш, нэ нада. Я на армий бил, болша нэ хожу.
- Молчи, ты талдыка волоконская!- брыкнулся Захарыч.
- Почему?- очнулся Филя.
- Сапоги халодные дают,- веско заметил Маймул.
М-н-д-а-а... Если б проблема была только в сапогах. Маймул вспомнил как его любили деды, и почесал нос а потом задницу, и, тихонько крякнув, продолжил:
- Бьют па галаве.
- Во, во, козёл,- живо вскинулся Захарыч, и его морщинистое лицо расплылось в радостной гримассе, а руки довольно потёрли колени.- Этого козла надо только по башке и бить, козёл.
Бить себя по голове Филя никак не мог позволить, а поэтому как-то неловко пырнул ножиком Захарыча под мышку. Захарыч привалился, тяжело ухнув, и, падая, прилип рожей к раскалённой бочке.
- Гы - хык,- прыснул Маймул.- Касмэтичэский рэмонт. Опырация.
Лицо Захарыча действительно исправилось. Глубокие морщины как-то все сгладились, словно на упругом лице девки-молодухи. А на щеке появился багряный румянец, каких давно не видела русская деревня.
Филя снял второй сапог, а портянку сострадательно протянул Захарычу, чтобы перевязать кровь. Тяжёлый кислый запах ударил ему в нос, отчего он чуть вовсе не отбросил копыта.
Пришлось тащить Захарыча на улицу. Маймул перевязал рану и вернулся в сарай. Филя уже просушил ноги и задумчиво крутил козью ножку. Снаружи слышалось беспрестанное недовольное бормотание, из которого среди прочего мата можно было разобрать только -
-...козёл,...козёл,...козёл...".
Филя деловито раскопал сено в углу. Достал оттуда крынку с молоком, выловил оттуда жадных мух. Затем выудил горбушку чёрного хлеба. Сытно поужинал. Громко рыгнул, смачно с присвистом пёрнул. И лёг спать.

Пиши: rankor@pskov.teia.ru
Целую нежно. Максимилиан.